Было это году примерно в 1995. Я с разрывам связак угодил в бальниццу, где узнал эту ниибаццо необыкнавенную и удивительно правдивую исторею.

В саседней палате лежал мужечог с больной рукой. Глазастый такой худощавый шустрик, у таких жоны обычно бомбы трехобхваатные. Мужик был охотник и травил всякие ахотничьи байки часто и охотно. Но не об этом речь. Как-то сидел я на саседней от него кровати, а он открыл тумбочку, глянул я внутрь и афанарел - в тумбочке стояла баночка из под моегоанеза, а в ней лежали зубы.
Штук восем зубов: снаружи белые, а с внуренней стороны почему-то черные (это я потом рассмотрел). И дернул меня черт спросить, типа мол, а кто это у тебя тут зубы забыл.

Палата аж замерла в предвкушении. Мужичек медленно так, са свистом набрал воздуха в груть и начал говорить. В его речи упоминались: земля и небо, великие боги, медведи, дед мороз, хорошие советчики, продажные женщины, самки собаки, а так же все родственники вышеупомянутых персонажей, интимные части их тел и сексуальные престрастия (по большей части странные и трудноосуществимые). Речь продолжалась минут пять, причом без перерыва на вдох. Именно тогда я почуйствовал ниибаццо гордость за родной язык и понял, что поэтичность итальянской речи по сравнению с матом - тьфу!

Когда же мужичок успокоился, он мне и поведал историю из жизни о том, как прошол он в лес за шишками, сварганил лагерь, поставил палатку да и почапал на разведку: походить, посмотреть, да определиццо, откуда работу начинать. Кагда же он вернулся, то его удевлению не было предела: полатка тихо колыхалась, и из нее доносилось тихое постанывание.

"Хуясе!" - подумал наш герой. "Не успеешь палатку паставить, а туда какие-то туризды уже ебстися залезли!", - и , падумавши так, наш герой падабрал с земли палку и захуярил внутрь палатки, после чего вставил туда же ебло с ласковым укором в глазах и второй палкой в руках. Ласковый укор резко сменился гримасай крайнего удевления, душа, отринув земные тяготы устремилась в верхние своды черепа, а земные тяготы резко оттопырили сзади штаны.
Патаму что в палатке, глядя на нашего героя в крайнем изумлении, сидел медведь, который перед этим, постанывая от крайней эйфории, слизывал со дна палатки сгущенку из раздавленной банки от чего палатка и дрожала. Медведь там сидел гималайский, а это пездец, потому что при росте на дыбах метр триццать-метр семсят, он - необыкновенно наглый, злопамятный и бесстрашный.

Палюбававшись на мужика ишшо пару секунд, медведь поднялся, и па-хазяйски так направился к нему. Палка выставленая нашим героем, была медведем перекушена у основания, пятясь мужичок кидал в медведя всем, что под руки попадалось, но мижке было пох, все указывало на то, что вдабавак ка сгущщенке мижке захателось мисца и о том, кто претендавал на роль меню, гадать не приходилось. И тут мужичок вспомнел как добрые друззя говорили иму, что любога зверя можно усмирить очень просто - достаточно, глядя ему в глаза, твердо и безкампрамиссно ухватить его за хуй язык и сильно сжать.

Мужик твердо безкампрамиссна и бесстарашно, ибо деваццо-то некуда, дождался пака медведь разинет паздь и схватился за язык. Однака же, паче чаяния, медведь нихуя ни стал ручным зверьком и ни стал прасить, шоб ему пачисали яйца пузо. Скажу более, даже на роль циркавога медведя, который смишно ходит на задних лапах он нихера походить не стал. Если савсем откровенно, то его поведение изменилось тока в одном, он перестал переть на мужика, (ибо нах спрашиваеццо переть, если мясо уже ва рту? ) и стал с нескрываемым удавольствием жевать руку.
Раза два и успел тока жевануть, и на втарой раз зубы ваткнулись в кость, причом ахуенно сильно. Медведь решил выдрать зубы из кости, а чувак выдрать руку из пасти, и от обоюдного рывка застрявшие в кости зубы отломались, медведь в полном ахуе сеъбался, а мужик перетянул руку и пошол к людям. В общем все закончилось неплохо, если не считать того, что стоматологов в лесу мало, и кто ставил каронки беззубаму медведю - х/з.

Вы спросите - какова же мараль данной истореи? А мараль проста: если нахаляву ражжился ништяками - нех пасть на хозяина ништякоф разевать, а то и без зубоф астаццо можна!

© Prihod Бессмертная муза-запятовед Феюня.